Невесты поневоле

    Может ли закон справиться с чувствами? А с традициями? И стоит ли буквой нормативного акта попирать этническую самобытность? Депутаты профильного комитета Орзубека Назарова пытались ответить на эти вопросы, которые парламентариям отнюдь не кажутся риторическими. Символично, что поговорить о порочащей нас перед мировым сообществом традиции умыкать невест парламентарии и чиновники решили накануне Международного женского дня.

На слушаниях, посвященных теме кражи спутниц жизни, народная избранница Чолпон Абдуллаева огласила невеселую статистику.

    - По результатам исследований, проведенных центром ОБСЕ в Кыргызстане, выявлено, что в селах, где местное население этнические кыргызы, восемьдесят процентов браков заключено без согласия невест. То есть женщины были похищены по обряду. Из них двадцать два процента не знали вовсе своих будущих супругов. За три года Генеральной прокуратурой возбуждено восемьдесят пять уголовных дел. А всего поступило более двухсот заявлений. Но родственники со стороны девушек, посчитав неприличным вмешивать в семейные разборки милицию, забрали бумаги, - отметила депутат.

    Пышная свадьба - дело хлопотное и затратное. Поэтому находчивые юноши предпочитают расходам здравую экономию, а собственную прижимистость маскируют под жгучее желание чтить негласный закон предков. Если свататься по всем правилам, то за невесту надобно выплачивать калым. Здесь сотней долларов и двумя худосочными баранами не обойдешься.

    По размеру выкупа судят о состоянии жениха и будущей родни. Бесприданников особо не жалуют. Если же молодой горячий джигит решится украсть пассию, то преподносить щедрые дары родственникам суженой поневоле не придется. Коли девушка не приживется в доме постылого жениха, ее с позором отправляют к родителям. Кстати, отец и мать не спешат встречать чадо с распростертыми объятиями после ночи, проведенной с мужчиной. Сочетаться узами брака несчастной уже не светит.

    Девять лет назад в Уголовном кодексе появилась статья, предусматривающая наказание за кражу невесты в виде лишения свободы на пять лет. Но бравым молодцам закон не указ, а обычай они преступлением не считают.

    Добрая половина парней и не подозревают, что за неуемное желание жениться воровским образом можно загреметь на нары или того хуже.

    Асель из села Чон-Кой, что на севере республики близ Нарына, украли, когда ей было шестнадцать. Своего мужа она увидела впервые, когда ее привезли в дом к его родственникам. Бедняжка рыдала, умоляла, сопротивлялась, но слезы никого не тронули. Голову покрыли белым платком, а мать жениха, солидных размеров дама с бренчащими в ушах массивными золотыми серьгами, прочитала молитву. Ритуал совершен, девушка объявлена законной женой. Сейчас Асель двадцать пять. У нее четверо детей, безработный муж-пьяница и полный боекомплект "любящих" родственников со стороны супруга.

    А бывший ее возлюбленный Чингиз, за которого она мечтала выйти замуж, повесился в сарае собственного дома в злополучный день ее бракосочетания.

    Подругу Асель Анару тоже украли. Но ей посчастливилось сбежать в первую брачную ночь от девятнадцатилетнего "мужа". Девушка кинулась прямиком к старшей замужней сестре. Утром пошла с заявлением в сельсовет, где находился и деревенский участковый. Однако у входа ее уже поджидала родня обиженного супруга. Сам несостоявшейся Ромео напряженно сопя, жался к матери.

    "Невеста мечтала, чтобы ее украли, они просто поссорились, а вообще любят друг друга безумно", - сообщил обескураженному стражу порядка убеленный сединами отец. А односельчане дружно подтвердили - лучшей пары на селе не сыскать. Пришлось беглянке возвращаться в лоно новообретенной семьи.

    Международные эксперты бьют тревогу: "Это безобразие и произвол".

    - Подобного рода практике не место в цивилизованном мире, - заметил присутствующий на слушаниях глава центра ОБСЕ посол Эндрю Тезорьер.

    Представители мусульманских общин тоже, кстати, не одобряют подобные союзы. По законам шариата молодому человеку, склонившему к сожительству юную особу без ее на то согласия, грозит смертная казнь. Но Кыргызстан светское государство. А значит, все должно быть по мирскому закону. Другое дело, что молодым нельзя запретить уважать обычаи предков, к тому же это модно и недорого. Социолог Мадина Айтиева предложила компромиссный вариант - красть невесту можно, но как бы понарошку. Тогда это уже не настоящее умыкание в обход закона, а инсценировка. То есть девушка соглашается, чтобы ее "украли", если родители молодых, к примеру, против их женитьбы. "Кража" в этом случае выглядит как красивый национальный обычай, жених доволен, невеста окольцована, а родители счастливых молодоженов смирятся со временем с выбором детей.

     Однако это не выход. Депутаты убеждены: бал должен править закон. Никаких постановочных похищений. А помогать бороться с умыканием - обязанность СМИ.

    - Мы должны донести до наших женщин и девушек через газеты, радио и телевидение, что они защищены законом. Никаких лазеек и противоречий быть не должно. У нас разрешается вступать в брак только совершеннолетним, то есть когда исполняется восемнадцать. Но воруют ведь и пятнадцатилетних, и четырнадцатилетних. Какие же из них жены? Это дети. Никаких крайних обстоятельств, по которым можно разрешить жениться и выходить замуж в шестнадцать лет, быть не должно. А молодым парням нужно внушать, что воровство невесты - уголовно наказуемое преступление. Никакой романтики. Все сопряжено с насилием над человеком. Это не красивый обычай, а нарушение основных прав человека, - заключила парламентарий Чолпон Абдуллаева.

    Между тем вице-премьер Уктомхан Абдуллаева подчеркнула, что умыкание невест никогда не являлось традицией кыргызского народа. Это искусственно навязанный ритуал, следствие неразвитой экономики.

    Так и не придя к общему знаменателю, чиновники отправились сверять статистические данные - местные с заморскими. Но за каждой из многочисленных цифр кроется судьба, исковерканная придуманной традицией, неудачно прикрытая фиговым листком сельской бедности и невежества. 

    Дарья МАЛЕВАНАЯ.

Адрес материала: //www.msn.kg/ru/news/26865/