Распечатать: Корейские зарисовки РаспечататьОставить комментарий: Корейские зарисовки Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Корейские зарисовки Посмотреть комментарии

13 апреля 2005

РЕГИОН

Корейские зарисовки

    В промозглый декабрьский вечер самолет приземлился в аэропорту города Чонджу, административном центре Чунчонпукто (это единственная южнокорейская провинция, не имеющая выхода к морю). Для меня, этнического корейца, это знаковое явление: именно в восточной части этой провинции, в районе Данянь, скрываются мои родовые корни. Отсюда более восьмидесяти лет назад мой дед отправился на заработки в Россию да так и осел в Приморье.
    Чудо на реке Ханган
    Что испытал? Было волнение, когда совершил первые шаги по корейской земле; был трепет, когда совершил трехкратный ритуальный поклон над прахом предков; была гордость за своих соплеменников, чей самоотверженный труд способствовал стремительному росту экономики, вошедшему в историю как “чудо на реке Ханган”.
    Корею знают по товарным маркам — LG, “Дэу”, “Самсунг”. Но не догадываются, что эта страна по ВНП (0,5 триллиона долларов, ежегодный рост 7 — 8 процентов) — в первой десятке развитых стран. Она успешно экспортирует за рубеж автомобили и суда, компьютеры и средства связи, бытовые приборы и ширпотреб.
    Но не всегда было безоблачно. И путь к экономическому благополучию был тернист. После гражданской войны, в начале пятидесятых годов прошлого века, почти вся Южная Корея лежала в руинах, ее захлестнула небывалая преступность. Целых семь лет Хангук (так называют южнокорейцы свое государство) пребывал в неопределенности. Хаос и анархия продолжались до 1960 года, когда к власти в результате военного переворота пришел Пак Джон Хи, генерал японской армии (к слову, в период 1910 — 1945 гг. Корея была не японской колонией, а ее генерал–губернаторством). С этого момента для государства начался отсчет новой эры. Генерал–реформатор понимал, что для страны, не обладающей полезными ископаемыми, рекреационными и аграрными возможностями, приемлема только “экспортная модель” экономики.
    Отправной точкой стало вложение крупных кредитных средств в так называемые чеболи. Чеболь — это корпорации, созданные полностью на государственные средства и переданные в трастовое управление частным лицам. Эти промышленные флагманы (“Самсунг”, “Дэу” — в их числе), развиваясь и осваивая новые отрасли, как локомотивы, потянули за собой все вспомогательные производства. Метод, впервые апробированный в Корее с учетом местной специфики, дал практически стопроцентный результат. “Амбициозным” назвали решение генерала даже его ближайшие сподвижники, когда он направил значительные средства на строительство дорог и прежде всего от промышленного Сеула до глубоководного порта Пусан. Действительно, в стране, где превалировал конный и гужевой транспорт и насчитывалось чуть более трех десятков тысяч единиц автотранспорта, проект президента выглядел авантюрным (но сам генерал, побывавший в Германии, с которой послевоенную Корею связывали определенные аналогии — разделенная страна и послевоенная разруха, так не считал). Прошли считанные годы, и в стране исчезли последние скептики: развитая дорожная сеть превратилась в живительную кровеносную систему государства.
    За два года, прожитых в Корее, автору этих строк удалось объездить всю страну: ее общая площадь составляет около ста тысяч квадратных километров (вдвое меньше территории Кыргызстана), а расстояние от Сеула до Пусана можно покрыть за 7–8 часов. Первоклассные корейские автострады с многочисленными туннелями, мостами и транспортными развязками в 2–3 уровня, оживленные, чем–то похожие друг на друга города с взметнувшими ввысь многоэтажными домами… Не перестаешь удивляться, как же этой стране удалось за считанные годы кардинально изменить свой облик и, я бы сказал, стиль. Когда–то бедная патриархальная страна с малограмотным населением, словно по мановению волшебной палочки, уверенно ворвалась в современность, за короткий срок, трансформировавшись в одну из самых компьютеризированных держав мира, избежав при этом резких социальных контрастов, присущих ряду азиатских стран.
    Почему в Корее нет прогульщиков?
    Современная Корея переживает образовательный бум. Получать образование не только престижно, но и выгодно. К примеру, среднемесячная зарплата школьного учителя государственной школы равна полутора тысячам долларов плюс бонус (доплата) раз в квартал в размере месячного оклада. На порядок выше заработок педагогов частных учебных заведений, а также у юристов, врачей, программистов. Структура учебных заведений, процесс и правила обучения студентов аналогичны кыргызстанским. Двоечники и прогульщики нещадно отчисляются, страна, преследующая честолюбивые планы, не может позволить себе содержать второсортных специалистов. На вопрос наших студентов: можно ли “развести” дела, отвечу — нет. В Корее с коррупцией не борются, там просто создают такие условия, что брать мзду невыгодно. А терять свое положение и приличные оклады ради сиюминутной выгоды, жертвуя при этом будущим своих детей, решатся немногие.
    Чуть–чуть религии и гендера
    Слегка перефразирую Андерсена: “В Корее, как известно, все подданные — корейцы и сам император тоже кореец”. Южная Корея — моноэтническая страна, из 47 миллионов человек 99,99 процента составляют корейцы. Половина населения проповедует христианство (протестанты и католики), сорок процентов — буддизм, есть приверженцы конфуцианства, даосизма и даже мусульманства, коих насчитывается около 50 тысяч человек. Несмотря на столь широкий спектр теологических воззрений, религия никогда не играла значительной роли в истории Кореи. Иногда складываются парадоксальные, если не сказать курьезные, ситуации. Так, в семье моего знакомого–католика родители были протестантами, а бабушка придерживалась буддийских взглядов. На прочность семейных устоев это не влияло. В брачные отношения корейцы вступают поздно, ближе к тридцати годам. Разводов практически нет. Что же касается гендерных проблем, то такой вопрос (да простят меня феминистки) даже не стоит: в азиатской стране матриархат воцарится не скоро, а корейские женщины, воспитанные в буддийских традициях домостроя, еще робко штурмуют вершины власти. Не сказал бы, что в Корее в полной мере осуществляется демократическая свобода, законы далеко не либеральны, но корейцы безгранично любят и гордятся своей страной.
    Про незаживающую рану
    Появление первого государственного образования на территории Кореи — рабовладельческого Чосона — датируется 2300 годом до нашей эры. По последним исследованиям, до обретения самостоятельности, территория полуострова входила в состав древней Китайской империи, культура которой оказала громадное влияние на формирование корейского этноса. К примеру, в Корее до сих пор параллельно с буквенным алфавитом широко используется ханмун — письменность на основе китайской иероглифической азбуки. К началу нашей эры здесь установилась так называемая эпоха троецарствия — появление феодальных королевств Силла, Пекче и Когуре. К десятому веку многовековой процесс консолидации корейцев завершился рождением единого государства.
    Незаживающей раной Кореи называют жители полуострова демаркационную линию по 38–й параллели, разделившую когда–то единую страну. По причине нависшего с севера “дамоклова меча” Южная Корея вынуждена содержать 800–тысячную армию, в стране существует обязательная воинская служба. В целом отношение южан к северянам лояльное, в их высказываниях нет и тени враждебности: идеология идеологией, но родственная кровь дороже любой политики. Пять месяцев прожил в городке Квантан, недалеко от Северной Кореи. В один из дней друзья свозили на границу: серая бетонная стена и ограждение из колючей проволоки, разделившие надвое один народ, оставили тяжелое, гнетущее впечатление своей нелепостью, абсурднее, наверное, выглядела только Берлинская стена. Неоднозначное отношение у корейцев и к присутствию американцев на своей территории. Хотя и слышал негативные высказывания о присутствии заокеанских военных, каких–либо антиамериканских выступлений не видел. Для части же жителей городка Сонтан (здесь расположена крупнейшая в Корее база ВВС США “Осан”), содержащих рестораны, ночные клубы, многочисленные магазины и завуалированные публичные дома, весь бизнес держится только на американцах. К своей чести, янки ведут себя достойно, не провоцируя конфликтных ситуаций, чего не скажешь, к сожалению, о приезжих из СНГ.
    Об иностранцах в Корее и трудоголизме как национальной черте
    В последние годы пошла политика: где больше зарплата, там работают свои, а где поменьше — на заводах и фабриках (где зарплата меньше раза в два–три), — иностранцы. Но и этого вполне достаточно для достойного проживания. И если учесть, что тамошняя система — где работаешь, там и кормят и если живешь в общежитии, то чистых расходов получается около 250–300 долларов на человека. А зарплаты — 800–900 долларов.
    Впрочем, корейцы к гостям относятся весьма доброжелательно. Для шовинизма или национализма даже почвы нет.
    Конечно, не каждый может выдержать 10–часовой рабочий день. Мне надо было быть на месте уже в 7 утра. Бригадир постоянно присматривал за нами, контролировал. Но не потому, что считал, будто иностранцы хуже работают. Вредный был ко всем. Очень сложно жить в чужой психологической среде. И многие иностранцы попросту не выдерживают. На нашей стройке еще терпели из–за зарплаты. А в других местах текучка большая была.
    Многие работали на биржах труда. Это не наш бульвар Молодой Гвардии. Вполне цивильный офис. Хозяин с утра распределяет работу, за что берет 10 процентов. Там платят лучше — до 65 долларов в день. Но работа не постоянная, разовая. Многие выходцы из СНГ там и трудятся — режим свободный. На следующий день не хочешь — просто не выходишь.
    А наших там много: из Украины, Беларуси, Казахстана… Самое главное, мы в этой “коммуне” себя чужими не чувствовали. И даже организовывали свои праздники. Приглашали коренных корейцев на шашлыки. Кстати, понравились им, как и плов и наш хлеб. Мы его сами пекли. Элементарно же: дрожжи там продаются, мука… Сковородку, как тесто поднялось, сверху другой сковородкой прикрываешь — и повыше над огнем, чтоб не пригорело.
    Эх, пища…
    То, что надо есть палочками, — не проблема (ими уже через неделю орудуешь). А вот своеобразная корейская кухня, обильно сдобренная красным жгучим перцем… В меню много морепродуктов: рыба, водоросли, кальмары, мидии. Обязательным атрибутом застолья являются рис (вместо хлеба) и панчан — несколько видов солений и салатов. Есть блюда, непривычные с нашей точки зрения, такие как сладкий куриный суп, соленый поп–корн или же салат из томатов, приправленный сахаром. Для любителей экзотики можно предложить хве — аналог японского суши, речных улиток, придающих особую пикантность супу урон и консервированных личинок тутового шелкопряда, что, согласитесь, трудно употребить даже при неприхотливых гастрономических пристрастиях. Я, например, так и не осмелился попробовать морских червей, похожих на жирные пиявки, — их едят в свежем виде. И улиток, пока не видел, ел, но потом…
    Судя по внушительным размерам даров полей и огородов, в Корее хорошо поставлена селекционная работа, но овощи и фрукты невкусны — сезон дождей, начинающийся в середине июня, на целый месяц сокращает вегетационный период. Климат типично тихоокеанский: умеренная зима и жаркое душное лето. Корея — страна горная. Склоны гор густо покрыты соснами (это своего рода зеленые символы страны). Почва малоплодородная, преимущественно глинозем, но количество и разнообразие зеленой продукции поражает. Овощи, цветы и ягоды выращивают круглогодично в многочисленных тепличных хозяйствах. Видел в Ильсане (пригород Сеула) одно такое громадное хозяйство, занимающее площадь 50 тысяч гектаров.
    Разводят в основном свиней и птицу. Крупного рогатого скота мало, так как корейцы традиционно мало употребляют в пищу говядину и молоко. Баранину не едят вовсе, поэтому овец держат преимущественно шерстного направления. Продажа аграрной продукции осуществляется не только в супермаркетах и мелких магазинах, но и на улицах. Видимо, уличная торговля неистребима даже в развитых странах.
    Что же пьют в Корее? На этот вопрос мне приходится отвечать чаще всего. Алкогольная индустрия представлена на удивление скудно. Один вид 22–градусной водки (соджу), 3–4 сорта пива (мектю) и традиционное корейское рисовое вино (гамдя), чем–то напоминающее кыргызский кумыс. Шире представлена табачная продукция. Лидеры никотиновой индустрии — KT & G, вездесущие “Филипп Моррис” и BAT — производят несколько десятков видов, поверьте слову заядлого курильщика, высококачественных сигарет.
    И какой кореец не любит быстрой езды?
    С точки зрения рыночной экономики, Южная Корея не совсем типичная страна. Тот, кто побывал там, вероятно, обратил внимание на фиксированные цены на продукты и товары — правительство жестко контролирует этот процесс. Производитель вынужден придерживаться рекомендуемого потолка. Для корейского рынка характерно практически полное отсутствие импортных товаров. Исключением являются игрушки и ширпотреб с лейблом Made in China, незначительное количество немецких и американских автомобилей да дешевых японских мопедов, непонятно каким путем прорвавшихся через сито повышенных импортных пошлин.
    Корейцы любят много ездить. На уик–энд или же в дни праздников все корейские дороги забиты автотранспортом, возникают гигантские пробки. Это не удивительно, если учесть, что на каждую среднестатистическую семью приходится по полторы машины. Только в Сеуле и столичной провинции Кенгидо, где сконцентрировано 40 процентов населения страны, зарегистрировано 20 миллионов легковых автомобилей. Тем не менее в городах не чувствуется присутствие выхлопных газов, так как в Корее производится только один вид бензина высшей очистки марки “Премиум”. На автострадах нет дежурящих дорожных полицейских, их функции выполняют фотокамеры, чьи зоркие объективы действуют на психику водителя не хуже полосатых палочек. Иномарок мало. Это еще один корейский феномен. Корейцы признают, что японские, немецкие и американские автомобили выше по качеству, но упорно покупают только свое, тем самым поддерживая собственного производителя. Трудноразрешимой проблемой для Кореи является парковка автомобилей. В вечернее время обочины улиц городов и поселков запружены машинами, сужая и без того узкую проезжую часть старых городских кварталов.
    В новых же микрорайонах все пространство между жилыми домами занимают подземные стоянки. В стране хорошо развит общественный транспорт. Ежедневно сотни электропоездов, десятки тысяч автобусов и такси, метро в г. Сеул, Пусан, Тегу и Инчон перевозят миллионы пассажиров, превращая транспорт в одну из стабильных и динамичных отраслей хозяйственного комплекса страны.
    Известно, что визитной карточкой любой страны является ее столица. Так и Корея немыслима без Сеула, знакомство с которым для многих приезжих начинается с воздушных ворот — аэропорта Инчон, расположенного на острове и соединенного с материком ажурным подвесным мостом. Урбанизированный Сеул с десятимиллионным населением поражает своей чистотой и ухоженностью. Вызывает умиление, с какой любовью опекаются каждое деревце, цветы и газоны. Можно только позавидовать неповрежденным таксофонам, кабинкам лифтов без единой царапины, отсутствию надписей в подъездах и на стенах домов. Преступность на улицах городов и, в частности, Сеула очень низкая, что превращает этот город в комфортное место для жительства. Особенно впечатляет поездка вдоль набережной реки Ханган, сплошь застроенной многоэтажными домами и сверкающими стеклами и сталью многочисленными административными зданиями (самое высокое имеет 76 этажей). Поражает обилие мостов, перекинутых через Ханган, их только в черте города насчитывается почти три десятка.
    Про гигантизм и развлечения
    В какой–то степени корейцы увлечены гигантизмом, в этом усматривается одна из национальных черт — тщеславие. Мне с нескрываемой гордостью демонстрировали олимпийский стадион, где проходили матчи мирового футбольного чемпионата, целый комплекс аттракционов под крышей Lotte world, “Дог–шоу” — семиэтажный мир, специально созданный для четвероногих друзей. В зимнее время горожане устремляются на комфортабельные горнолыжные базы, где помимо снежных забав проходят всевозможные выставки и концерты с участием эстрадных звезд, в летний сезон — в парк аттракционов “Эверленд”, на чистые пляжи Восточного (Японского) моря или же, если позволяет время, на корейскую жемчужину — остров Чечжудо. Досуг корейцев дополняет телевидение с невообразимым количеством телеканалов, в чем–то схожих друг с другом по обилию однотипных шоу, телепроектов и слезливых местных “мыльных опер”, то и дело прерываемых надоедливыми рекламными роликами.
    Для наших бизнесменов излюбленными районами являются рынки Намдемун и Тондемун, своего рода сеульский Брайтон–бич, с русскоязычными вывесками и русскоговорящими торговцами, где в районе Пьяной (даже корейцы называют так) улицы обнаружил парочку кафе, открытых нашими предприимчивыми соотечественниками, с до боли родными названиями “Бишкек” и “Ала–Тоо”. Пару раз посетил в сеульском районе Иттевон крупнейший в Корее торговый комплекс “Техномаркет”, где представлена электронная продукция всех ведущих корпораций страны. Советую посмотреть тем, кто любит фантастику.
    Стройки, стройки, стройки…
    Современная Корея переживает строительный бум. “Высотки”, словно грибы после дождя, растут во всех городах. Целый год я работал на такой стройке в небольшом городке Сонтан, в сорока километрах южнее Сеула. Буквально на глазах, за десять месяцев, на окраине города выросло свыше двадцати монолитных 18–этажных домов. Строительный процесс механизирован максимально. Квартиры в этих домах стандартные: гостиная, три спальни, два санузла, кухня, бойлерная, сушилка и два балкона. Стоимость квартир около двухсот тысяч долларов, что по корейским масштабам вполне приемлемо, учитывая то, что средняя заработная плата рабочего равняется трем тысячам долларов, а в банке можно брать ипотечный кредит сроком до двадцати пяти лет. Здания типовые, как близнецы, некоторое ощущение разнообразия придает сдержанное цветовое решение наружных стен.
    В квартирах совсем нет центрального отопления и горячей воды. Для этих нужд используют бойлеры, работающие на жидком топливе: подключаешь — и сразу тебе и вода горячая, и тепло. Электроэнергия очень дорогая, поэтому тот же кондиционер включают крайне редко — когда совсем невтерпеж становится.
    А еще корейцы спят на полу. Но себе я раскладушку приобрел. И так и не приучился есть, сидя на полу, — у меня был столик. А так… Ко всему привыкаешь. Язык быстро выучил (наш диалект не совпадает с их, даже человек человека понять не может). Бабушка мне в детстве один предмет всегда двумя словами называла. Я долго не мог понять, зачем. Оказывается, и на северном, и на южном, сеульском, диалектах говорила. В самой Южной Корее пять диалектов!
    И не мечтай о гражданстве
    Получить его практически невозможно. Представьте, если на квадратный километр 300–400 человек приходится? Дают только спортивным деятелям, крупным ученым. Живой пример — Сарычев, бывший вратарь московского “Динамо”.
    Рассказ был бы неполон, если не поведать и о проблемах, существующих в корейском обществе. Есть и другая Корея, Корея для тех, кто по определенным причинам (болезнь, несчастье, производственные увечья) был безжалостно оттеснен на обочину жизни. Существуют, конечно, определенные льготы, к примеру, освобождение от налогов мелких предпринимателей, развитая медицинская страховка, поддержка общественными и церковными организациями малоимущих… Но в стране нет государственных пенсий по старости и приобретенной инвалидности, в слабой мере осуществляется централизованная социальная поддержка населения. Это тем более удивительно для страны, имеющей финансовые авуары в размере 150 миллиардов долларов.
    Как бы ни была хороша Корея, но эмиграция и там высокая. За 20 лет только в одну Америку уехали около 2 миллионов корейцев! Возможно, потому что корейцы по крови — земледельцы. А свободной земли на полуострове нет. Да и адаптируются они легко, предприимчивые…
    Накануне отъезда удалось съездить в Данянь, на малую родину своего деда. Я стоял у мемориала, воздвигнутого над братской могилой, где был погребен прах десятка поколений моих предков. Где–то там, на северо–западе, шумел гигантский Сеул, а здесь, в горах, в тени раскидистой сосны, я наслаждался почти первозданной тишиной. Стоял и думал, что даже в такой шумной и суетливой стране есть места, где даже жизнь протекает по своим часам.
    Так живет Корея, древняя и молодая, динамичная и патриархальная, всем своим существом устремленная в будущее.
    Александр Угай (в соавторстве с Татьяной Орловой).
    Фото Александра Угая.

    


Адрес материала: //www.msn.kg/ru/news/9931/


Распечатать: Корейские зарисовки РаспечататьОставить комментарий: Корейские зарисовки Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Корейские зарисовки Посмотреть комментарии

Оставить комментарий

* Ваше имя:

Ваш e-mail:

* Сообщение:

* - Обязательное поле

Наши контакты:

E-mail: city@msn.kg

USD 68.8080

EUR 81.1487

RUB   1.0386

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

MSN.KG Все права защищены • При размещении статей прямая ссылка на сайт обязательна 

Engineered by Tsymbalov • Powered by WebCore Engine 4.2ToT Technologies • 2007