Распечатать: Мы никогда не расстаемся навсегда РаспечататьОставить комментарий: Мы никогда не расстаемся навсегда Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Мы никогда не расстаемся навсегда Посмотреть комментарии

4 сентября 2009

КУЛЬТУРНЫЙ СЛОЙ

Мы никогда не расстаемся навсегда

    Я у реки стою, и я река,

    И в берегах моих мое дыханье бьется.

    Ведь я оттуда, где я был всегда,

    И по груди моей дорога вьется.

    И я иду по ней, и в дебрях глаз

    Я вижу путь к единственной реке...

    Этого рок-поэта и музыканта помнят немногие. Группа "Мифы", где пел и для которой писал свои стихи Юрий Владимирович Ильченко, была одной из первых питерских рок-команд - вместе с "Аргонавтами" и "Санкт-Петербургом". Это было в то время, когда восьмиклассник московской средней школы Андрей Макаревич только делал первые шаги по непаханному полю рок-н-ролла.

    А время, по воспоминаниям очевидцев, было веселым, хотя и достаточно сложным. Но пока юный Макаревич в Москве только пытался перепевать "Битлз", в Питере уже впервые звучало по-русски:

    Без счета дней, не помня, где родился,

    Без устали кружит над бренною землей.

    На свете места нет, где б он ни появился,

    Пытаясь обрести покой.

    Он сотни лет, как ангел или демон,

    Не смея кончить путь, свой тяжкий крест несет...

    Впрочем, ради исторической справедливости, надо отметить: Юрий Ильченко тоже начинал с "битловских" песен. Но это ему скоро надоело. Между прочим, довелось Юрию Владимировичу поиграть и в "Машине времени", правда, всего лишь 8 месяцев. Потом "Машина" приехала в Питер на гастроли, и после концерта Макаревич сказал со сцены: "Возвращаю вам вашего Ильченку".

    Говорила старуха царевичу,

    Поседевшей тряся головой:

    "Предстоит тебе, парень, помыкаться,

    Прежде чем возвратишься домой.

    По оврагам бежит путь-дороженька,

    По болотам тропинка ведет,

    Но чего бы тебе ни привиделось,

    Ты смотри, милый, только вперед".

    Уже в наши дни журналист спросил Юрия Владимировича: "Два лидера и вокалиста - Ильченко и Макаревич - это нормально для одной группы?". Ильченко ответил: "Два вокалиста - совершенно нормально. Но два лидера - абсолютно невозможно. Потому и расстались. Между прочим, эта тема тогда не озвучивалась. Все произошло молча, но при полном понимании причин и при глубокой взаимной симпатии".

    Но после ухода от "машинистов" в своей песне "Никогда не говори "прощай" Ильченко скажет:

    Когда придет разлуки час,

    Не опускай печально глаз,

    Мы никогда не расстаемся навсегда.

    Эти слова стали пророческими. Спустя много лет дороги Макаревича и Ильченко пересеклись опять. Это именно голосом Юрия Владимировича дядя Алик из фильма "Перекресток" Дмитрия Астрахана (одна из лучших ролей Леонида Ярмольника) поет песни Андрея Макаревича. Известна песня самого Ильченко, которая в этот фильм не вошла:

    Призрачные стены тают на глазах,

    Я думал, это камень, оказалось - прах.

    Зыбкое виденье за окном плывет,

    Господи мой, Боже, что нас завтра ждет?

    Чертит чья-то птица в небе письмена,

    Что тебе приснится, несчастная страна?

    Дальняя дорога, открытое окно,

    Подожди немного, теперь уж все равно...

    "Недавно один человек доказывал мне, что для музыканта главное - прежде всего быть музыкантом, а уж потом - человеком, - рассказывал Ильченко. - Я считаю, что все как раз наоборот: музыка - это всего лишь средство для того, чтобы принести для людей нечто, если оно у тебя есть. Если тебя уже можно назвать человеком, то музыкантом быть не обязательно - средство ты найдешь. Но если ты музыкант, хотя бы овладевший мастерством исполнения, но передавать тебе нечего, плохи твои дела, парень".

    Герой его песни "Надежда" признается:

    Я знаю восемьдесят тысяч слов,

    Но все они звучат не так.

    Я сделал сорок миллионов шагов,

    Но не ушел никуда ни на шаг.

    Я выпил вина лет на триста вперед,

    Но истина вильнула хвостом.

    Я знаю, что каждый из нас умрет,

    Но я надеюсь, это будет потом.

    А пока еще есть надежда.

    У героя песни "Каин" надежды уже нет. Потому что он, к несчастью, вошел в чужой мир, который оказался к нему весьма недобрым:

    Я оставил надежду, войдя туда, где ты живешь, как рыба в воде.

    Я сегодня готов с тобой танцевать, предоставив вести тебе.

    Я буду делать все так, как ты хочешь, пока не придет рассвет.

    Сегодня твой день, и ты, конечно, от меня не услышишь "нет".

    Вижу радость в твоих глазах - отлично время проводим мы!

    Жаль, что все это мне напоминает пир во время чумы.

    Я знаю, в мышеловке бесплатный сыр, а в дурдоме - нелепые слухи.

    Скажи, за что мне любить твой мир,

    В котором пули летают, как мухи?

    Незачем, говорит в своих песнях Юрий Ильченко, мириться с тем, что:

    Безумец владеет всем миром,

    Бездомный живет под мостом,

    Красотка танцует с вампиром,

    А лжец клянется крестом...

    Поэтому, считает Ильченко, нужно смело самому создавать свой мир, вопреки "предостерегающим воплям" скептиков и обыкновенных критиканов. Об этом - в песне "Не бойся":

    Тебе сказал сегодня кто-то, что ты похож на идиота,

    И не придет к тебе обещанный рай.

    Что ты последний дурак, и все, что сделал, - не так,

    И что проблем имеешь - хоть отбавляй.

    И он еще сказал о том, что, покидая свой дом,

    Ты вряд ли сможешь хоть куда-то прийти.

    И ты не знаешь, как быть, в какую сторону плыть,

    Так я скажу тебе - не бойся, парень, иди!

    Склонять голову перед ударами судьбы нельзя, считает поэт, потому что стоит только дать слабину, и ты пропал - твой удел будет печальным:

    Тащусь по городу ночному, хотел бы я дойти до дома,

    Но кто мне скажет, где мой дом, где мой приют?

    Таких, как я, почти нигде не ждут.

    Среди сверканья лимузинов, косясь на яркие витрины,

    Держа у горла драное пальто, бреду. А кто я?

    Да почти никто...

    ...Юрий Ильченко - задолго до своего тезки Шевчука и Александра Башлачева - стал задавать в своих стихах-песнях "неудобные" вопросы: почему на белом свете все не слава Богу? Что нужно изменить для того, чтобы жизнь была более или менее достойной? Поэтому он и выделяется среди своих сверстников - Андрея Макаревича и Алексея Романова, которые предпочитали на рубеже 70-х и 80-х годов говорить обо всем на языке Эзопа.

    Наиболее характерна в этом плане песня "До чего же...", которой я и хочу завершить рассказ о Юрии Владимировиче Ильченко - почти забытом, но живом поэте русского рока.

    До чего же...

    До чего же мы живем интересно,

    Отчего же мы так веселы, братцы?

    То ли солоно нам, то ли пресно,

    Я хотел бы в этом всем разобраться.

    Горько плачем о загубленных братьях,

    Проклиная равнодушное небо.

    Но день пройдет, и, позабыв о проклятьях,

    Как всегда, желаем зрелищ и хлеба.

    Помним день сороковой и девятый,

    Посыпаем раны солью и перцем.

    Если нужен нам Христос, то распятый,

    А поэт - так с разорвавшимся сердцем.

    Лезем в печку раньше батьки и срока,

    Забываем, что затеяно нами,

    Ну а прежде чем послушать пророка,

    Закидаем его, падлу, камнями.

    Глушим водку, обливаясь слезами,

    И горланим нечестивые песни,

    А дороги, что построены нами,

    Не приводят в Рим, хоть ты тресни.

    Зато какие мы все смелые, братцы,

    Не боимся ни ментов, ни геенны,

    Не хватает мне ума разобраться,

    То ли прокляты мы, то ли блаженны...

    Дмитрий ОРЛОВ.


Адрес материала: //www.msn.kg/ru/news/29021/


Распечатать: Мы никогда не расстаемся навсегда РаспечататьОставить комментарий: Мы никогда не расстаемся навсегда Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Мы никогда не расстаемся навсегда Посмотреть комментарии

Оставить комментарий

* Ваше имя:

Ваш e-mail:

* Сообщение:

* - Обязательное поле

Наши контакты:

E-mail: city@msn.kg

USD 68.8080

EUR 81.1487

RUB   1.0386

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

MSN.KG Все права защищены • При размещении статей прямая ссылка на сайт обязательна 

Engineered by Tsymbalov • Powered by WebCore Engine 4.2ToT Technologies • 2007