Распечатать: Чистая мелодия флейты среди барабанов РаспечататьОставить комментарий: Чистая мелодия флейты среди барабанов Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Чистая мелодия флейты среди барабанов Посмотреть комментарии

6 июня 2008

КУЛЬТУРНЫЙ СЛОЙ

Чистая мелодия флейты среди барабанов

    Удивительная штука поэзия. Она играет своими избранниками с парадоксальной прихотью. Одних она наделяет искусством, которое делает их при жизни любимцами широких читательских масс и власть имущих, но низвергает в бездну забвения вскоре после их ухода в небытие. Других же, отмеченных высоким даром и особым талантом, держит при жизни в черном теле, вынуждает нести этот дар как крест. Зато наделяет долгой посмертной жизнью.

    Как писал французский поэт XVI века Пьер Ронсар, "из книг, превозмогая тлен, встает вторая жизнь поэта".

    Ко вторым, несомненно, следует отнести Владимира Соколова.

    Как личный поэтический манифест воспринимаются слова, написанные 20-летним начинающим поэтом:

    Как я хочу, чтоб строчки эти

    Забыли, что они слова,

    А стали: небо, крыши, ветер,

    Сырых бульваров дерева!

    Чтоб из распахнутой страницы,

    Как из открытого окна,

    Раздался свет, запели птицы,

    Дохнула жизни глубина.

    Вот что писал Евгений Евтушенко о своем старшем товарище по поэтическому цеху:

    - Владимир Соколов родился в 1928 году. Он был, пожалуй, первым из послевоенного поколения, который еще при Сталине начал писать настоящие лирические стихи. Они звучали, как чистая мелодия флейты среди барабанов, отстукивающих ритмы индустриальных маршей. Он был учителем нашего поколения, несмотря на небольшую разницу в годах. Мы все преклонялись перед ним и многое у него наворовали... Когда Роберт Рождественский и я поступали в Литературный институт, Соколов его уже окончил. Знакомство с ним и его стихами сыграло для нас огромную роль. Могу смело сказать, что Соколов учил нас серьезному отношению к поэзии, и если кому-нибудь из нас эта серьезность не привилась, тут уже вина не его. Мы всегда считали Соколова талантливее нас и трепетно прислушивались к каждому его слову - и критическому, и поэтическому.

    Время оттепели, наступившее после XX съезда КПСС, разоблачившего культ личности Сталина в 1956 году, раскрепостило умы и сознание советских людей, вызвало подъем кино и театра, литературы, в том числе и поэзии.

    Поэтические вечера, регулярно проходившие в Политехническом музее в Москве, в студенческих аудиториях, на эстрадных подмостках, собирали сотни слушателей. Владимир Соколов был в числе немногих, кто крайне редко участвовал в таких вечерах. Он не тянулся на эстраду, инстинктивно сторонился микрофона, избегал любых проявлений "устности".

    В год, когда произошло развенчание и свержение с пьедестала живого бога, вождя всех времен и народов, Соколов написал:

    В золотое время суток

    Золотого слова жду,

    Потому что не до шуток

    В пятьдесят шестом году.

    Думаю, сдержанность и замкнутость Соколова объяснялась не столько особенностью его характера, начисто лишенного "тусовочности" и публичности, сколько осознанием того, что его стихи не из тех, которые можно пересказать до конца. Они содержат тайну, которая прячется в образном их строе, едва неуловимых оттенках интонации, в порядке и звучании слов. Его стихотворения требуют вдумчивости их прочтения, поскольку внимательный читатель может вычитать больше, чем просто сказано словами.

    Соколов предпочел в поэзии не высоту очевидную, всем заметную, а высоту, как это ни парадоксально звучит, глубинную, неразличимую с первого или поверхностного взгляда.

    В 1965 году после выхода первой крупной итоговой книги Соколова "На солнечной стороне" Евгений Евтушенко писал, что, прочитав ее, он лишний раз убедился в том, что знал уже давно и что, к сожалению, знают немногие: Владимир Соколов - большой русский поэт.

    Месяца два-три назад по российскому телевидению вновь показали документальный телефильм "Мастер и Марианна" об удивительной и большой любви Владимира Соклова и незаурядной женщины по имени Марианна.

    Кстати, сценарий фильма написал мой университетский однокурсник Аркадий Бедеров.

    Будучи вполне благополучной и весьма уважаемой в обществе дамой, женой успешного дипломата, Марианна полюбила вначале поэзию Соколова, а затем и самого поэта, переживавшего в тот момент далеко не лучшие времена.

    Не привыкшая и не умевшая лгать, Марианна призналась мужу, что полюбила другого. В надежде, что время и расстояние помогут Марианне излечиться от любви, муж уговаривает ее уехать с ним на два года на дипломатическую службу в одну из африканских стран. Однако это не помогло. Пройдя через все испытания, Соколов и Марианна все же становятся мужем и женой.

    И до брака, и после поэт посвятил немало стихов своей любимой. Одно из них мы публикуем.

    Разлука

    Боже мой, разве

    Это разлука?

    На расстоянии улицы,

    На расстоянии площади,

    На расстоянии нескольких

    Тысяч шагов.

    Боже мой, разве

    Это разлука?

    Это же праздник,

    Дивная мука

    На расстоянии улицы,

    На расстоянии площади,

    На расстоянии нескольких

    Тысяч шагов...

    Можно молчать - ни слова,

    Можно гадать и ждать,

    Но постоянно знать,

    Что от живой до живого

    Все же рукой подать.

    Вячеслав ТИМИРБАЕВ.


Адрес материала: //www.msn.kg/ru/news/23229/


Распечатать: Чистая мелодия флейты среди барабанов РаспечататьОставить комментарий: Чистая мелодия флейты среди барабанов Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Чистая мелодия флейты среди барабанов Посмотреть комментарии

Оставить комментарий

* Ваше имя:

Ваш e-mail:

* Сообщение:

* - Обязательное поле

Наши контакты:

E-mail: city@msn.kg

USD 69.4557

EUR 79.1552

RUB   1.0386

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

MSN.KG Все права защищены • При размещении статей прямая ссылка на сайт обязательна 

Engineered by Tsymbalov • Powered by WebCore Engine 4.2ToT Technologies • 2007